Владимир Абель: Русский мир должен доказать, что он един

Владимир Абель (Линдерман) — известный российский и латвийский политик. В середине 2000-х — один из руководителей запрещенной НБП. С 2008 года проживает в Латвии. Лидер партии «За родной язык!». Легендарный нацбол, наделенный кремлевской пропагандой почти мефистофелевскими качествами, согласился ответить на несколько вопросов ТМ.

Что происходит сейчас с русской общиной в Латвии? Что изменилось по сравнению с 90-ми годами, когда противостояние граждан и «неграждан» определяло политические процессы в Прибалтике?

И в 90-е годы, и сегодня главное политическое противостояние – между русским сообществом Латвии и латышской этнократией. Проблема «неграждан» – это лишь выпуклое проявление русского вопроса. По-прежнему остается три главных пункта, по которым идет борьба: статус русского языка и тесно связанная с этим проблема школьного образования на русском языке, массовое безгражданство (более 300 тыс. постоянных жителей Латвии без права голоса), отношение к войне – Великая Отечественная или схватка двух тиранов. Все это разные грани одного и того же русского вопроса.

Если смотреть на результаты всех последних выборов, то можно прийти к неверному выводу: мол, русские Латвии смирились со своим статусом людей второго сорта, 90% голосов русских избирателей стабильно собирает конформистская партия «Центр согласия», которую возглавляет мэр Риги Нил Ушаков. Представители партий, отстаивающих интересы русских, не могут пройти даже в местные органы власти. Но я не делаю пессимистических выводов. Центр согласия – это что-то вроде Партии регионов на Украине, такая же партия-корпорация с огромным финансовым, административным ресурсом. И где она сегодня, эта, казалось бы, могущественная «партия власти»? В трудную минуту пророссийски настроенным жителям Украины потребовались совсем иные лидеры.

Охарактеризуйте современное состояние латвийской экономики и политики. Бытует мнение, что Латвия как и все страны Прибалтики превратились в задворки Евросоюза, однако имеет ли место социальный протест, рабочая борьба и т.п.?

Состояние латвийской экономики можно охарактеризовать одним словом – хреновое. Точной статистики нет, но примерно 15-17% жителей Латвии покинули страну в поисках заработка и лучшей доли только за последние годы. Представьте, если бы из России за несколько лет уехали 20-25 млн. человек. Латвия держится на плаву благодаря хозяйственным связям с Россией (газ, транзит, туризм, недвижимость, шпроты и т.п.), относительно невысокому размаху воровства (если сравнивать, например, с Украиной) и не очень щедрым, но регулярным европейским подачкам. Да, задворки Евросоюза – это точное определение.

Социального протеста нет, точнее, он очень робкий и незаметный. Отчасти он нивелируется межнациональным противостоянием, а отчасти тем, что огромная часть активной молодежи (и латыши, и русские) покинули страну. Последний крупный протест на социальной почве был в январе 2009 года, когда толпы молодежи штурмовали парламент.

Чем Вы сейчас занимаетесь? В какие политические структуры входите, с какими структурами работаете?

Я возглавляю партию «За родной язык!», которая сложилась из нацболов, из бывших членов РНЕ, а также из тех людей, которые раньше не участвовали в политике, но которых «возбудил» и привел в политику референдум за русский язык 2011-2012 гг. Я был одним из его организаторов.

В прошлом году в Латвии прошли выборы в «Парламент непредставленных». Неграждане Латвии, не имеющие права голоса, избирали своих депутатов. Я тоже был избран.

В целом, не вдаваясь в детали, надо признать, что партии и организации, которые ставят во главу угла русский вопрос, вытеснены на периферию политической жизни. Тому есть объективные и субъективные причины, назову несколько главных.

Во-первых, опыт показывает, что русские люди слабо реагируют на угрозы, если они не связаны с прямым насилием. Виктор Алкснис рассказывал, что еще год назад в Крыму было очень вялое пророссийское движение, но стоило бандеровцам поднять голову, и процесс пошел… Было несколько ситуаций, когда и латышские националисты могли, что называется, сорвать резьбу, но американские и европейские советники грамотно притормозили их. Объяснили «горячим парням», что русских не надо чрезмерно нервировать резкими движениями, а надо постепенно, step by step, вытеснять  их в политическое гетто.

Во-вторых, отсутствие внятной российской политики по отношению к русским, оставшимся после распада Союза за пределами РФ. То ли это свои, то ли не совсем свои, то ли чужие… Мое мнение: Кремль хочет помочь войти в правительство Центру Согласия, как он помог победить на Украине Януковичу и Партии регионов. Поэтому организации, заостряющие внимание на русском вопросе, являются помехой. Поддержка Центра согласия со стороны Москвы продолжается, несмотря даже на то, что Ушаков и возглавляемая им партия не одобрили возвращение Крыма.

Одно из последних Ваших начинаний – борьба с пропагандой гомосексуализма и прочих извращений, чем обусловлен такой выбор противника?

Человеку, не живущему в Евросоюзе, трудно осознать масштабы охватившего западные страны массового помешательства. Я называю это «гендерной революцией», и это действительно революция: попытка радикально изменить природу человека, сломать бинарную (мужчина/женщина) систему половой идентичности, навязать сексуальное просвещение чуть ли не с пеленок и т.п. Пропаганда однополых отношений – важная составляющая этого процесса.

Эта революция замахнулась на очень фундаментальные вещи. Одной из ее жертв должен стать (по сути, уже стал в Западной Европе) мужчина как таковой. Те качества, которые мы привыкли считать мужскими, должны быть истреблены.

Мой личный мотив, почему я инициировал сбор подписей за референдум против гейпропа – это желание дать отпор новой агрессивной идеологии, которая хочет уничтожить те ценности, которые мне дороги. Возможно, глядя из России, трудно оценить ситуацию адекватно. Сегодня гендерная теория стала по сути официальной идеологией всех левых европейских партий (социалисты, социал-демократы, зеленые, бывшие коммунисты всех оттенков) и всех влиятельных наднациональных структур – ООН, ЕСПЧ, Еврокомиссия и т.п. Причем эта идеология откровенно тоталитарного типа, не терпящая даже малейших сомнений и критики. Не случайно прижился термин «гомофашизм». Правые европейские партии занимают расплывчатую позицию, французский Национальный фронт, возглавляемый Марин Ле Пен, – скорее исключение из правил.

Еще одна причина, почему я как политик занялся этим делом, – это возможность соединить две линии протеста в Латвии. Соединить русское сопротивление с нарастающим недовольством (в том числе и среди латышей) политикой Евросоюза. Люди в Латвии недовольны экономической политикой ЕС, но атака на традиционные ценности их просто бесит. Не всех, конечно, но очень многих. Находясь в Латвии, мне трудно судить, какую реакцию вызвал в самой России закон о запрете гей-пропаганды среди несовершеннолетних. Но могу уверенно сказать, что многие европейцы впервые за последние годы позитивно посмотрели на Россию. И рейтинг ВВП у тех, кого принято называть «простыми людьми», реально подскочил вверх. Это не выдумки кремлевской пропаганды.

Айо Бенес пообещал латвийским властям проведение референдума в Латгалии по примеру крымского, каковы шансы развития такой ситуации?

Полтора года назад мы начали кампанию за получение Латгалией автономного статуса в составе Латвии. Для такой автономии есть все формальные и неформальные основания. Основные языки Латгалии – русский и латгальский, а латышским пользуются лишь на официальном уровне. Мы провели опрос среди жителей Латгалии, который показал, что явное большинство желает автономии. Полиция возбудила уголовное дело против активистов, против меня в том числе. Мне-то все равно, но какая-то часть рядовых сторонников автономии испугалась. В любом случае, семена посеяны и всходы будут, уверен.

Что делать нацболам в Латвии, в России и на Украине?

Считаю, что надо оказать максимальную помощь Новороссии. Участвовать, насколько позволяют возможности.

9 мая, в присутствии 70-80 тыс. человек, собравшихся у памятника воинам-освободителям, мы подняли флаги Донецкой и Луганской республик. Сейчас обдумываю возможность организации в Латвии сбора гуманитарной помощи для жителей этих республик. Наступил исторический момент, когда русский мир должен доказать, что он един, что это – одно общее пространство, которое не разрушили формальные границы.

Архив 13 номера газеты.

Похожие записи:

Вы можете пропустить чтение записи и оставить комментарий. Размещение ссылок запрещено.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.