ГРАЖДАНИН, НЕ ХОДИ НА ВЫБОРЫ!

9 сентября триумвират Собякин – Навальный – прокуратура в один голос кошмарил москвичей «беспорядками». Прокуратура «предупредила о недопустимости». Начштаба онанистов Волков: «Наша цель не баррикады, а переговоры». Мэр тут же принял пас: «Мы готовы на переговоры». (После, когда ситуация снова была под полным контролем, от переговоров отказались, сейчас о них и вовсе никто не вспоминает).

И финальный аккорд от самого кумира: «Я тоже не собираюсь вводить вас в заблуждение и не собираюсь вас подставлять, подвергать опасности и так далее… Когда наступит время, а может, оно наступит, когда я позову вас участвовать в несанкционированных акциях, переворачивать машины, поджигать файеры или еще что-то… может быть, такое время наступит, я вам прямо так и скажу прямым текстом: «Ребята, приходите те, кто готов поджигать файеры и ночевать на асфальте»» (а пока, как говорится, всем спасибо, все свободны). Ах ты, хер карнавальный, иди и скажи это узникам Болотной!

Гражданское неповиновение – вполне уместное и логичное в такой ситуации – было замазано под «беспорядки», под «зажигать файеры и переворачивать машины». Вот такая подмена, которой никто не заметил. На самом деле, баррикады важнее избирательных урн – пусть слова принадлежат Муссолини, зато к реальной демократии имеют гораздо большее отношение, чем коллективные завывания «мы здесь власть!» и «второй тур!», не подкреплённые более вескими аргументами. Баррикады по крайней мере рождают территорию Свободы и несут в себе новый порядок. А куб Навального? – лишь иллюзию на удовлетворение этих запросов общества.

Он либо переоценивает собственный мобилизационный потенциал, либо такого уговора в камере Кировского СИЗО не было (скорее всего, верны оба предположения). Как бы там ни было, под треск громких фраз о «победе» вечером 9 сентября г-н Навальный сдал последнюю возможность замутить в Москве классический «оранжевый» Майдан – с палатками, ляписами и биотуалетами. Томик Джина Шарпа сдан в Йельскую библиотеку за ненадобностью. Гиви Таргамадзе обескуражен (зато доволен Быков и вся староболотная гвардия).

Дальше все пойдут своей дорогой. Хомяки – в стойло – до очередной мобилизационной кампании по ближайшим выборам в любой подмосковный сельсовет, узники Болотной – в лагеря, Навальный со штабом – в Систему на правах «оппозиции её Величества». Сообственно об этом он и говорил, заявляя о лидерстве в оппозиции и рождении «политики», при этом попросив подвинуться прежних из ЛДПР, КПРФ, СР и «Яблока». Цирк ждёт пополнение молодых артистов и обновление репертуара. Что нам с того?

Навальный был паровозом московских выборов. Он вытянул их на себе, без него они были бы совсем скучными, пустыми, как партийно-номенклатурный плебесцит времён застоя. Навальный обеспечил легитимность выборов московского мэра. В этом были его роль и предназначение. Навальный со своими 650–700 тысячами проголосовавших за него москвичей (это его 27% от 32% явившихся на выборы) даже немножко укрепил «суверенную демократию». Этим он будет заниматься и впредь – от выборов в Мосгордуму до президентских выборов в 2018 году – затаскивать оппозиционного, не доверяющего власти, избирателя на избирательные участки. Для этого он вынужден обзавестись собственной партией.

Шансы «Народного альянса» во главе с Навальным на государственную регистрацию куда более высоки, чем шансы «Другой России». Законодательство о выборах и партиях предоставляет государству широкий круг возможностей для контроля и зарегулирования «до смерти» политических партий. Поэтому на месте Минюста я бы зарегистрировал и «Другую Россию», чтобы потом за#бать проверками и отчётами, более того, зарегистрированная партия просто обязана участвовать в выборах, так что ни на что другое её аппарат просто расчитывать не может. К счастью, «строгость российских законов компенсируется необязательностью их исполнения». Вписавшись в партийно-политическую систему России, Навальный, вполне возможно, приобретёт новых сторонников по всей стране, но подрастеряет прежнее обаяние политического новичка. Фактически это будет реинкарнация СПС и «Яблока» в их лучшие годы. К 2018 году Навальный придёт потрёпанным, заматеревшим, бывалым. И самое главное – договороспособным. Это качество, за которое его и взяли на выборы мэра Москвы, разовьётся в нём за эти годы похлеще, чем у Зюганова.

Куда делись более чем две трети москвичей во время выборов? Самоустранились от участия в лживом спектакле. Что дало многим очередной повод для либеральных придыханий, мол, «не тот у нас народец, дрянной народец, быдло и скот». Понятно, что большинство населения не участвует в выборах в силу политической несознательности, психологии «мой голос ничего не значит», «всё решено за нас» и т. п., а не по соображениям партийной стратегии активного бойкота. Но тем не менее, корень в том, что таким путём граждане выражают недоверие всей сложившейся политической системе, с Навальным или без. Народ у нас что надо – всё понимает. Русское коллективное psycho с каждыми выборами заявляет своё «не верю!» режиму. И кризис легитимности режима растёт, несмотря на привлечение спецов типа этого Леха Валенсы от креаклов. Ну а кризис легитимности, как по закону физики, неумолимо ведёт к политической революции. Но у всякой революции должен быть свой инструментарий. Если участие в выборах поддерживает легитимность режима, то единственным революционным ответом должно быть неучастие в выборах – тотальный бойкот. «Гражданин, не ходи на выборы!» – мы должны распространять этот призыв. Причём мы, в отличие от всех зарегистрированных кандидатов, можем начинать уже сейчас.

Не раз и не два говорилось, что мы, как любая революционная группировка, можем двигаться вперёд только через конфликт. Выборы всегда представляют собой конфликт, лайт-версию, а в сложившейся системе – имитацию конфликта. Так вот нам нужно «повысить градус». А для этого нужно всего лишь сместить акценты и превратить выборы из конфликта между кандидатами в конфликт между теми, кто в них участвует, и теми, кто не участвует. Для этой цели нужна структура, объединяющая всех «отказников», – комитет по бойкоту выборов.

Понятное дело, что одного бойкота недостаточно. И что это лишь первый этап в борьбе. Но пока бойкот – очевидный ключ к взлому легитимности режима. Говоря о легитимности, нужно понимать, что это понятие является более ёмким, чем банальная законность. В условиях узурпации власти в форму закона может быть облечено любое нарушение прав граждан. Но легитимность помимо формализованной законности предполагает ещё фактическую поддержку и доверие граждан власти. Низкая явка на выборы – частный случай недоверия власти.

Объявление бойкота выборам преследует своей целью именно критическое понижение явки, после которого для всех становится очевидной нелегитимность действующей власти, не пользующейся ни поддержкой, ни доверием абсолютного большинства народа. Об этом красочно говорил на съезде вождь партии: «Правильно организованный бойкот может привести к такому пункту неповорота, когда можно будет входить в администрации и говорить: «Пошли вон отсюда, вас поддерживает всего 6%, вы нелегитимны!»»

В условиях олигархической диктатуры и полицейского государства новая легитимная власть рождается не на конкурсе – соревновании с представителями старой власти, а путём создания параллельных структур, осуществляющих власть «снизу», «явочным порядком». Как писал Устрялов: «Подлинная сила, добиваясь своего признания, апеллирует прежде всего к себе самой: её стремление не знает чуждых её природе, принципиальных сдержек – Not kennt kein Gebot (Необходимость не знет Закона). Она сама – свой высший суд. Только тогда, когда закончена силовая переоценка ценностей, на историческую сцену возвращается право, чтобы регистрировать свершившиеся перемены и благотворно «регулировать процесс»… до следующей капитальной переоценки». (Фрагменты. О разуме права и праве истории. 1921.)

В нынешних условиях было бы преждевременно серьёзно говорить о «параллельных структрурах власти» без того, чтобы не быть привлечённым по соответствующей статье УК за «призывы». Для того, чтобы выдвинуть – а затем осуществить – лозунг «Вся власть Советам!», время ещё не пришло. Но объективные предпосылки революции, о которых также не раз говорилось, работают на нас. Помимо кризиса легитимности в Системе нарастает кризис управления, грубо говоря, «верхи не могут управлять по-старому» в силу своей деградации. Заменить их возможно только на основе широкого вовлечения граждан в исполнение государственных функций на основе принципа «демократия – это не выборы, а соучастие народа в своей собственной судьбе».

Татарин

Похожие записи:

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.